• Medrussia:
Онкоэпидемиолог о раковой статистике: «Пациент мертв, но сведений об этом нет»

Онкоэпидемиолог, исполнительный директор Ассоциации онкологов Северо-западного федерального округа, научный сотрудник университета Тампере в Финляндии Антон Барчук рассказал изданию «Лента.ру» о раковых регистрах и медицинской статистике в России.

Проблемы статистики выживаемости

По его словам, на федеральном уровне показателя выживаемости раковых больных пока нет. Чтобы его посчитать, нужно для каждого онкологического пациента иметь две даты: когда поставлен диагноз и когда умер.

Проблема в том, что не всегда из загса можно быстро получить сведения о смерти конкретного человека.  В некоторых регионах это делают, в каких-то есть трудности. Из-за этого в регистрах бывают «мертвые души» — то есть пациент умер, но сведений об этом в базе нет. Показатель выживаемости высокий, а на самом деле это просто некорректные цифры.

И общую выживаемость считать для всех онкологических болезней сложно. Возникнут те же проблемы, что и с ранними стадиями. Например, взять базалиомы: если их включить в расчет выживаемости, цифры выйдут слишком оптимистичными.

«Самое сложное в работе с регистрами — получать данные по выживаемости, которые имеют смысл, которыми можно оперировать. Нужна не просто фиксация факта болезни, а еще и корректные данные по стадии, по типу опухоли. Нужно учитывать причину смерти онкологических больных. Также нужно учитывать смертность здоровых людей того же возраста и пола, у которых нет рака. Ведь если высока смертность от других причин, то и расчеты выживаемости больных раком должны это учитывать. Мы как раз сегодня занимаемся тем, что пытаемся считать выживаемость различными методами. Это не так просто», – пояснил врач.

В связи с этим нельзя корректно сравнить показатели выживаемости при онкозаболеваниях в России и за рубежом, отметил Антон Барчук

При этом, добавил онкоэпидемиолог, выживаемость — не самый простой метод оценки качества онкологической помощи, и он мало что может сказать о текущей картине. Есть куда более доступные индикаторы для каждого типа опухоли, но информация о них сейчас не собирается.

Индикаторы оценки

Для каждой опухоли есть свои диапазоны. Это может быть время от появления симптомов до постановки диагноза; время от диагноза до начала лечения; количество удаленных при операции лимфатических узлов; качество удаленного при операции морфологического препарата; процент больных, получающих дополнительную к операции химиотерапию или лучевую терапию; процент больных, получающих адекватное обезболивание, и так далее.

Важно, что для оценки этих показателей не надо ждать год, три или пять, как для того же индикатора выживаемости.

«К сожалению, у нас к раковым регистрам относятся как к какой-то системе учета, как к бухгалтерии. Это неправильно. Во всем мире регистры — это мощнейшие научные центры. В скандинавских странах, например, больше половины всех научных исследований в онкологии делается на базе регистров. Смотришь на наши данные и понимаешь, что это материал для адекватных диссертаций. На основании них уже сейчас можно делать научные работы международного уровня», – рассказал доктор.

По этим данным, отметил врач, можно изучить факторы риска, создать программы скрининга, составить рекомендации для врачей (какие методы лучше не использовать, стоит ли рискнуть при такой локализации опухоли и сделать операцию, насколько эффективно будет такое-то лекарство у той или иной группы пациентов в реальной практике) и даже оставлять прогнозы по заболеваемости.

Онкологическая статистика в России

«Онкологическая статистика у нас в стране намного лучше, чем по любым другим заболеваниям. Так сложилось исторически. Регистрация онкологических заболеваний у нас ведется с 1953 года. Эта система не была разрушена после перестройки, а продолжала существовать. В конце 1990-х годов приказом Минздрава создали электронную систему регистрации. Практически в каждом регионе есть регистры, куда стекаются цифры по онкологии. То есть население России охвачено учетом на 90-95 процентов. Далеко не все страны могут похвалиться такой базой», – подчеркнул Антон Барчук.

Особенностью российской статистики является также то, что в неё включают базилиомы – особая опухоль кожи, которая является не совсем раком.

«Эти опухоли практически всегда выявляются в самом начале, смертей почти не вызывают. Если их включать в общую статистику онкологических заболеваний, то получится, что у нас высокий процент выявления рака на ранних стадиях и низкая летальность. За рубежом базалиомы чаще не учитывают в общей статистике», – пояснил онколог.

Важно понимать, отметил врач, что любую цифру, которая озвучивается, нужно воспринимать критически и смотреть, откуда она берется. Если официальные органы оглашают какие-то статистические сведения, которые кому-то кажутся странными, это не значит, что их придумывают. Цифры, по крайней мере, в раковых регистрах реальные, просто нужно уметь их правильно интерпретировать.

Смертность от онкологии снижается

Могу открыть вам большой секрет, который вовсе и не секрет, но в него никто не верит. Смертность от онкологических заболеваний в России снижается уже долгие годы. Например, до 1990 года она росла, а после плавно идет вниз.

«Снижение смертности от рака в основном идет из-за значительного сокращения опухолей легкого и желудка. И связано это скорее с немедицинскими вещами. У нас снижается распространенность курения — а это чуть ли не ведущий фактор риска рака. Если взять всех онкологических больных, которые умирали в Советском Союзе и в России, то чуть больше трети погибали из-за курения, особенно среди мужчин. Сейчас с каждым годом смертность у нас снижается и, надеюсь, будет дальше снижаться благодаря программе по ограничению распространения табака. И что еще интересно — смертность от рака легкого у российских женщин низкая и отстает от Европы лет на 20. Но это как раз тот случай, когда нагонять не надо», – добавил онкоэпидемиолог.

Рак желудка — такое заболевание, что хороших результатов лечения нет нигде в мире. Наряду с раком легкого это один из самых «злых» видов онкологии. Но заболеваемость и тут снижается, как ни странно, за счет использования холодильников, улучшения санитарных условий. Это уменьшает распространение бактерии хеликобактер пилори, которая вызывает болезнь. Возможно, люди также стали потреблять меньше соли, которая тоже является фактором риска развития рака желудка.

«А вот снижение смертности от рака молочной железы и рака кишечника может быть связано с увеличением эффективности лечения», – заключил Антон Барчук.

Читайте также: Онколог назвал фейковыми данные по раковым заболеваниям в России.

Как сообщалось ранее, по данным Минздрава России, ежегодно в стране от рака умирают порядка 300 тысяч человек. Подробнее читайте: «Самоочищение генофонда», «онкомаркеры», «ЗОЖ» — онколог рассказал о «раковых» мифах.

Loading...
Медицинская Россия
Искренне и без цензуры