“Смерть – это всегда невыгодно для больницы”: эксперты о деле Белой и Сушкевич

“Смерть – это всегда невыгодно для больницы”: эксперты о деле Белой и Сушкевич

0
0
“Смерть – это всегда невыгодно для больницы”: эксперты о деле Белой и Сушкевич

В России развернулась масштабная общественная кампания в защиту калининградского неонатолога Элины Сушкевич, которую вместе с исполнявшей обязанности главного врача роддома Еленой Белой, обвиняют в умышленном убийстве новорожденного по предварительному  сговору. Особое внимание привлекло  именно дело Сушкевич, ведь в данном случае врач выглядит жертвой несостоятельности самого следствия, первая версия которого не нашла фактического подтверждения. Так ли это, пытался разобраться портал News.ru 8 июля.

Смерть в день рождения

С события, которое стало основой для возбуждения дела, минуло уже восемь месяцев. 5 ноября в 4-й роддом Калининграда поступила женщина на 23-й неделе беременности, приехавшая из Узбекистана. На следующий день она родила ребёнка весом 680 граммов.

По версии следствия, главврач роддома Елена Белая, зная, что выживаемость таких детей низка, приказала тайно умертвить ребёнка, чтобы не тратить деньги на дорогостоящие реанимационные мероприятия, считая, что в этом случае смерть младенца испортит служебные показатели учреждения. Она якобы решила изобразить, что он родился мёртвым.

 – Утром в роддом приехала бригада перинатального центра, они хотели забрать малыша, но главврач не отдала его. Я пришла в роддом, мне сказали, что ребёнок недоношенный. Говорили, что мальчик жив, он под аппаратом искусственной вентиляции лёгких. Я предложила купить и привезти любые лекарства. Врач сказала, что у них всё есть. Вечером мне сообщили, что он уже мёртв, — рассказывала СМИ сестра роженицы.

Первоначально следствие утверждало, что Белая приказала не вводить ребёнку необходимый ему дорогостоящий препарат куросурф, улучшающий газообмен в альвеолах, дав такое указание своим подчинённым. Кроме того, она дала задание сфальсифицировать документы, представив дело так, как будто ребёнок умер ещё в утробе матери. Это её действие практически не оспаривает даже защита.

Через несколько дней Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье «Превышение должностных полномочий, повлёкшее тяжкие последствия», грозящей наказанием вплоть до 10 лет тюрьмы. Елена Белая была сначала взята под стражу, затем помещена под домашний арест. Выступая в суде по избранию меры пресечения, следователь заявил, что в деле имеются показания некоей акушерки, которая на допросе рассказала, что Белая угрожала ей увольнением, если та не подделает документы. По словам следователя, главврач якобы систематически оказывала давление на сотрудников, требуя не рассказывать о произошедшем. Ходатайства с просьбой оградить их от давления руководителя подали четверо работников роддома, проходящих свидетелями по делу. Сама Елена Белая сказала в суде, что считает, будто подчинённые таким образом мстят ей за жёсткий стиль руководства.

Читайте также:  Губернатор призвал врачей "не издеваться над бабушками"

Стимул бороться за жизнь

Уже тогда дело вызвало пристальное общественное внимание и болезненную реакцию со стороны медицинского сообщества. В региональное следственное управление СК РФ с просьбой смягчить меру пресечения арестованной Елене Белой обратился губернатор Калининградской области Антон Алиханов. Главный неонатолог Минздрава РФ по ЦФО Дмитрий Дегтярёв пояснял журналистам, что вероятность выхаживания ребёнка, рождённого с таким весом и на таком сроке, составляет примерно 50%, так что у главврача был стимул, напротив, побороться за его жизнь. Впрочем, юрист Российского общества неонатологов Диана Мустафина-Бредихина почему-то называет совсем другую цифру выживаемости — 5–10%.

За время, прошедшее с момента возбуждения дела, расследование, казалось бы, забуксовало. Выяснилось, что препарат куросурф на самом деле ребёнку вводили и другими способами пытались его реанимировать, тем самым первоначальная версия следствия разваливалась. Однако на её месте появилась другая.

Теперь Следственный комитет полагает, что ребёнок был умерщвлён смертельной дозой сульфата магния, которую по требованию Елены Белой сделала анестезиолог-реаниматор Элина Сушкевич — она изначально прибыла в роддом из областного перинатального центра, чтобы забрать ребёнка. Напомним, главврач тогда увезти младенца не позволила: по её словам, состояние новорождённого не позволяло его транспортировать.

30 июня против Белой возбуждено новое уголовное дело по части 2 статьи 105 УК РФ «Организация убийства малолетнего». Аналогичное подозрение было предъявлено и Элина Сушкевич, которая делала инъекцию раствора: её бесконтрольное применение к беременным и новорождённым запрещено, передозировка угнетает дыхательные функции, в то время как у недоношенного младенца и так не функционировали лёгкие.

Статья грозит пожизненным лишением свободы (правда в России к женщинам такая мера наказания не применяется) и к эксцессам, связанным с профессиональной деятельностью врачей, применяется крайне редко. Обычно максимум, что вменяется медикам, это убийство по неосторожности. Расследование ведёт Главное следственное управление Следственного комитета. Элина Сушкевич, вслед за главврачом роддома № 4, помещена под домашний арест.

Читайте также:  В Архангельске больницы погрязли в долгах

СК в своём пресс-релизе от 30 июня настаивает, что «следствием не ставится самоцель привлечь к ответственности врача, но в данном случае причастность к гибели ребёнка подтверждается собранными доказательствами и результатами проведённых экспертиз».

Смерть — всегда плохая статистика

Тем не менее, вопросы к новому делу появились сразу. Так, непонятно, зачем Елене Белой для умышленного убийства привлекать анестезиолога из другого учреждения, который не находился от неё в служебной зависимости. А кроме того, не было бы легче отдать ребёнка реанимационной бригаде перинатального центра, чтобы перекинуть на него риск подпортить показатели вероятной смертью недоношенного младенца?

«Смерть — это всегда плохая статистика для больницы. Это очень невыгодно. Поскольку у нас они регистрируются как «дети», у нас же нет теперь такой регистрации как «плод», поэтому, ну, умер ли он до суток или на вторые сутки, с точки зрения статистики это не имеет значения, и там и там это идёт в зачёт», -Елена Кешищян,  научный куратор Центра материнства, естественного развития и здоровья ребёнка

Эксперт добавила, что наказания за такую смерть врачи, тем не менее, не несут. Неудачная реанимация обсуждается впоследствии на врачебных комиссиях для того, чтобы обобщить опыт.

Показатели смертности несомненно влияют на карьерные перспективы руководства роддомов, но не рядовых врачей, а Элина Сушкевич, напомним, не была подчинённой Елены Белой.

Также многим показалось странным, что спустя более чем полгода Следственный комитет внезапно «передумал» по поводу причин смерти новорождённого. И когда первая версия — по поводу неоказания реанимационной помощи — оказалась несостоятельной, выдвинул новую, которая автоматически не только резко отягчила обвинения, но и потребовала привлечения второго фигуранта. По всей видимости, именно внешняя надуманность этого поворота в деле вызвала волну общественного возмущения. Так, более 154 тысяч человек подписали петицию с требованием объективно расследовать дело против Сушкевич.

Не располагая материалами следствия, мы находим обвинение, инкриминируемое врачу-неонатологу (анестезиологу-реаниматологу), абсурдным. Важно отметить, что убийство инкриминируется врачу, на счету которого сотни спасённых жизней недоношенных детей, в том числе десятки спасённых после предполагаемого события, — говорится в петиции.

Читайте также:  СК рассказал о главных причинах жалоб на медиков

Медицинское сообщество по всей России выразило солидарность с девушкой, принимая участие во флешмобе #ЯЭлинаСушкевич. В Instagram насчитывается уже несколько тысяч публикаций, где коллективы медучреждений, в том числе из других стран, держат в руках таблички с именем врача. 6 июля в 12 регионах России медицинские работники и гражданские активисты вышли с пикетами против преследования Сушкевич.

Елена Кешищян в комментарии News.ru рассказала, что в некоторых случаях применение сульфата магния при реанимации недоношенных детей может быть оправданно. При этом решение об инъекции применяет врач, непосредственно следящий за состоянием ребёнка.

– А объёмы — это другая тема. Потому что вопрос стоял об отёке мозга, а судя по тому, как умирал ребёнок, это был, конечно, отёк мозга — мозг не справлялся вообще и не регулировал ни дыхание, ни сердце, они пытались увеличить дозу для того, чтобы попытаться снять этот отёк, — говорит Кешищян.

Дело Белой и Сушкевич похоже на другое, прозванное журналистами «делом Ругина». В последних числах декабря 2015 года в одном из роддомов Калужской области родился недоношенный ребёнок весом 640 граммов. По версии следствия, младенца, которого ещё можно было спасти, специально оставили без всякой помощи. Обвинения в убийстве и подстрекательстве к нему были предъявлены заместителю главного врача Калужской областной клинической больницы Александру Ругину и двум его подчинённым. В итоге замглавврача и ещё один подсудимый были оправданы. Условный срок получила лишь заведующая акушерским отделением больницы. И это при том, что в распоряжении обвинения были материалы прослушки телефонных переговоров: сотрудники больницы в тот момент были объектами оперативных мероприятий со стороны антикоррупционного отдела полиции. В расшифровке в том числе присутствуют такие слова Ругина: «Ну что я им мог посоветовать в таком случае в конце года-то? Сделать его мертворождённым»

Как сообщалось ранее, обвинение калининградских врачей Елены Белой и Элины Сушкевич в предумышленном убийстве недоношенного новорожденного ребенка, вызвало широкий общественный резонанс и значительные волнения в медицинском сообществе. Подробнее читайте: “Мы в шоке и не верим в это”: врачи – о деле реаниматолога Элины Сушкевич

Loading...

Маргарита Алексеева © Все права защищены.

Добавить комментарий